Левчик и его женщины

 

Лев ЛещенкоВ кулуарах Театра Эстрады неугомонный директор Льва Лещенко видный мужчина Женя Розенгауз поведал мне, что одержим новым проектом. Он собирается создать прецедент на журнальном рынке, выпустив издание позна­вательно-развлекательного толка с заглавием «Левчик и Вовчик«. Идея (за исключением несколько легкомысленного названия) показалась мне (знатоку и летописцу истории жизни и творчества Льва Валерьяновича) весьма вкусной. Надеюсь, что эта не менее легкомысленная беседа, спровоцированная жени­ной одержимостью, войдет в сигнальный номер нового журнала. Куда перечислить гонорар, Женя, я сообщу в личном разговоре. Прошу обратить внимание на то, что читателям ПопКорМаэти откровения доступны совершенно безвозмездно (как подарок к Женскому празднику, который у нас одних до сих пор самоотверженно отмечается).

На Восьмое марта Лев Валерьянович обязательно выступает.            ,

— Нужно с любовью относиться не только к своим близким, но и ко всем женщинам. И если они хотят тебя… услышать, надо обязательно им отдаваться, отзываться.

Выходя на женщин, вы чувствуете трепет?

— Любое выступление для женщины — это эротика. Артист не имеет права не нравиться. На него ведь приходят не просто насладиться голосом, а потому что он излучает определенные флюиды. И поклонни­ки рождаются именно от этого. И они, фанаты, любят совсем не обезличенно, очень даже чувственно лю­бят. Что касается меня, то я не могу ко всему зри­тельному залу относиться эротично. Могу восприни­мать одну какую-то персону, но если бы я испытывал эмоции подобного рода ко всем своим зрителям, то было бы очень трудно работать эстрадным певцом.

Кого вы считаете необходимым поздравить с жен­ским днем?

— Всех женщин, которых я встречу, — встречу цветами. Безусловно, я позвоню в этот день своим знако­мым актрисам, певицам, моим партнершам — ска­жем, Алене Алиной, Наташе Королевой, Тане Овсиенко, Алене Свиридовой, Вале Толкуновой, Ире Мирошниченко, Люсе Чурсиной… Я к ним испытываю самые возвышенные чувства. Как в романсе Чайковского: «О, если б смог в свои объятья я вас, друзья мои и братья (читайте: сестры) заключить!». Я заклю­чил бы в свои объятья всех женщин, независимо от их возраста и профессии.                                      ,

Для меня женщина всегда объект повышенного вни­мания. Так воспитал меня мой отец. Он всегда вста­ет в присутствии женщины, хотя сейчас ему девянос­то два года. Я рос без матери. Наверное, сложился определенный комплекс недополученной в детстве нежности. И женщина вызывает у меня сыновьи чув­ства. Я воспринимаю ее и как мать, и как сестру, и как подругу, разве что не как жену.

А чем жену порадуете на Восьмое марта?   

— Цветами. Я делаю ей подарки в обычные дни. Не­давно я ей подарил машину хорошую, думаю, что этот подарок с лихвой компенсирует какой-то приурочен­ный к празднику сувенир.

А она вам тоже машины дарит?         .       ‘,

— Я не люблю подарки, честное слово. Мне нравится сам факт того, что о тебе думают, заботятся. Подарки — это детская такая радость. Я, наверное, стал уже взрослым. Для меня ценнее атмосфера домаш­него уюта: когда к моему приходу жена накрывает стол. Вы спросите у артистов; сколько времени они уделяют домашним? Да совсем ничего: прибежал, супчику слопал, картошечки там, шмоточки бросил и

— на диван или к телевизору. Я думаю, что на Восьмое марта жена мне подарит этот праздник. Я бы тоже всей душой, но я никогда не создам такого очарова­ния, как она: она зажжет свечи, сервирует все как-то по-своему… я принесу шампанское, и мы будем раз­говаривать. Нечасто нам так удается посидеть тет-а-тет, но, если уж мы садимся, то у нас долгие разгово­ры, философские.

Вы счастливый муж. Вам есть, о чём разговари­вать с женой.  

— Самая сумасшедшая история в моей жизни связа­на с Ириной, моей женой. С этой женщиной я сразу потерял голову. Мы познакомились в южном городе, и домой я уже не вернулся. Наш роман длился два года, потом мы женились…

И больше никаких романтических историй с вами не было?  

—  Каких историй? Юля, вы же не Даша Асламова!.. Зачем вам травмировать моих близких?.. Я действительно влюбляюсь в своих партнерш по сцене, я не вхожу в сексуальный штопор, но увлекаюсь. Это — актерское. И было бы не творчески, не по-актерски — не играть в эти игры. Но я не заигрываюсь, не загуливаюсь дальше прогулок. Все мои партнерши по сцене, все женщины, с которыми я пел дуэтом — мои любимые.

Они тоже входили в роль?

— Мне кажется, что я могу очаровать. Что нужно жен­щине? Как поется в моей новой песне: «Нужен всего глоток нежности и участья»… Ведь что такое любовь? Концентрация внимания на женщине. Когда ты в авалентном состоянии, в состоянии прыжка, броска. Вот вы на него только оглянулись, а он уже несется, толь­ко подумали, а он уже рядом… Что это у вас глаза так, Юля, заблестели?

Лев Валерьянович, мой идеал мужчина, кото­рый угадывает желания. Но где его найти?

—  Ищите в себе. Надо завести мужчину настолько, чтобы он был в постоянной готовности угодить. Толь­ко не переборщите, а то он перегорит, «переест» ад­реналина.

А вы знаете свою дозу адреналина?

— У меня, наверное, ежедневные выплески адрена­лина в кровь. Как бы вам сказать, Юля… Мне очень нравится жить. И поэтому я ко всему, что у меня есть: к творчеству, к людям, которые вокруг меня, к жен­щинам — отношусь с запалом. Страстно.

Юлия АЛЕКСАНДРОВА.

«Вечерний клуб», 1997 год.


Комментарии закрыты.